Кому каноны не указ, тому Церковь не мать

   Некоторое время назад на одном любительском сайте появилась статья студента Московской Духовной академии (МДА), в которой он утверждает, что вопрос об изменяемости или неизменности канонов Церкви в науке «Церковное право» еще не решен. Но так ли это на самом деле?
   Преподобный Феодор Студит учит: «Мы православны и питомцы Кафолической Церкви, отвергающие всякую ересь и принимающие все признанные Вселенские и Поместные Соборы, равно как и изреченные ими канонические постановления. Ибо не вполне, а наполовину православный тот, кто полагает, что содержит правую веру, но не руководствуется Божественными правилами».
   Тот же Святой Отец в другом месте утверждает: «Есть Божественные законы и правила, которые руководят каждым благочестивым, в которых нельзя ни прибавить, ни убавить что-нибудь».
   Великий сербский богослов XX века преподобный Иустин (Попович) в ответ на предложение еретиков помолиться вместе писал: «По 45 Апостольскому правилу, „епископ, или пресвитер, или диакон, с еретиками молившийся только, да будет отлучен. Аще же позволит им действовать что-либо, яко служителям Церкви, да будет извержен“. Это священное правило святых Апостолов не указывает, какая именно молитва или служение запрещается, но, напротив, запрещает всякую совместную молитву с еретиками, даже частную. Эти указанные каноны святых Апостолов и Отцов действительны и теперь, а не только в древности: они остаются безусловно обязательными для всех нас, современных православных христиан. Они безусловно действительны для нашей позиции в отношении римо-католиков и протестантов».
   Для православного человека, рассматривающего ситуацию о молитве с еретиками в свете вышеприведенного однозначного святоотеческого ответа, вопрос решен – каноны не подлежат изменению и обязательны для исполнения. Потому дальнейшие рассуждения, все «pro» и «contra» не имеют смысла.
   Рассуждения же, сомнения и раздумья по этому вопросу различных лжебогословов, при всем их желании казаться учеными, – лишь пустые слова и баснословие, как называют подобного рода писанину Святые Отцы.
   Но помимо сущности рассматриваемой проблемы есть в самом факте публикации данного сочинения студента МДА некое зловещее знамение времен. Как могло случиться, что в центральном и высшем учебном заведении Русской Православной Церкви студенты либо не знают, либо ни во что не ставят учение Святых Отцов и в то же время серьезно относятся к идеям каких-то профессоров, а также еретических «богословов»?

Священник
Михаил Лактионов

«Я чуть было не потерял веру»

Письмо бывшего семинариста

   Здравствуйте! Я окончил одну из провинциальных семинарий. Когда мы с товарищами поступили на первый курс, все были православными воцерковленными людьми. Лишь несколько человек попалось «залетных», которые ошиблись с выбором учебного заведения. Всех нас с первых же дней учебы неприятно удивил преподаватель, подстриженный на манер ксендза, в футболке и спортивных штанах. Впоследствии оказалось, что он иеромонах и помощник инспектора. Насторожили нас и студенты, уже окончившие первый курс. Некоторые из них открыто высказывали экуменические и латинские заблуждения, курили и ругались матом. Мы, новички, вступали с ними в диспуты и негодовали, но оказалось, что это лишь «цветочки», а «ягодки» нас ожидали впереди.
   На втором курсе стало еще сложнее. Некоторые предметы вели иеромонахи, в прошлом окончившие МДА. Все они были стриженные и все с нескрываемой симпатией рассказывали о католичестве и экуменизме. Некоторые из них преподавали по католическим учебникам и книгам, заставляя нас наизусть заучивать огромные отрывки еретического содержания.
   На втором курсе многие студенты увлеклись экуменической риторикой. Всем хотелось иметь хорошие оценки и слыть знатоком богословия. А для этого надо было пересказывать экуменические домыслы преподавателей или авторов экуменических учебников вроде Илариона (Алфеева).
   В итоге в классе образовались три группы: филокатолики – самая многочисленная, ортодоксы – сторонники православных канонов и догматов, которые были в значительном меньшинстве; а в третью группу входили студенты, колебавшиеся между этими двумя «полюсами». Я тоже относил себя к третьей группе и старался больше присматриваться к тем и другим.
   С каждым годом группа православных редела. К четвертому курсу расклад был такой: два ортодокса, человек шесть филокатоликов и остальных – двенадцать. Ортодоксам было нелегко: нередко приходилось выдерживать жесткий прессинг как от филокатоликов и их более умеренных собратьев, так и со стороны преподавателей католического направления. Студенты действовали грубостью, а преподаватели вливали яд экуменической ереси и католичества в души будущих священников. А ведь еще преподобный Исаак Сирин говорил: «Ничто так не располагает душу к богохульству, как чтение книг еретических».
   Мои симпатии к ортодоксам сблизили меня с ними, но иногда меня посещал злой дух сомнения в вере и богохульства, который сеял в душе различные помыслы, говоря: «А может они (т.е. преподаватели и студенты католического и экуменического направления) правы? Может быть, действительно, католики – не еретики?» Борьба с этими сомнениями бывала иногда тяжелее, чем открытые дебаты.
   Но постепенно я утвердился в православном понимании: ведь столько Святых Отцов ясно свидетельствуют, что католики – еретики!
   Преподобный Феодосий Печерский пишет: «Множеством ересей своих они <латиняне> всю землю обезчестили. <…> Нет Жизни Вечной живущим в вере латинской». Святитель Марк Ефесский учит: «Мы отторгли от себя латинян не по какой иной причине, кроме той, что они еретики. Поэтому совершенно неправильно объединяться с ними. <…> Латиняне не только раскольники, но и еретики. Церковь молчала об этом потому, что их племя гораздо больше и сильнее нашего». Преподобный Максим Грек говорит: «Я в своих сочинениях обличаю всякую латинскую ересь и всякую хулу иудейскую и языческую».
   Однако, как свидетельствует русская народная пословица, «вода камень точит». Когда человеку изо дня в день настойчиво повторяют одно и то же – что католики не еретики, католичество не ересь, а частное богословское мнение и т.д., – тогда, если он не будет молиться и читать Святых Отцов, ему не устоять в Православии.
   Этот рассказ – лишь об одном, далеко не самом худшем духовном учебном заведении. В некоторых семинариях и академиях ситуация еще тяжелее. Самыми неблагополучными в этом отношении можно назвать Смоленскую семинарию, в которой допускаются к преподаванию католические патеры и ксендзы, а также Питерские семинарию и академию. Один мой знакомый студент, поступив в Санкт-Петербургскую Духовную академию и проучившись там год, перешел из Православия к баптистам.
   В Белгородской епархии преподаватель духовного училища священник Владислав Сохин, начитавшись экуменической литературы и отравившись ее ядом, оставил Православие, принял ислам и в настоящее время пишет статьи против Православия. В этих статьях он ссылается на таких еретических авторов, как Кассиан (Безобразов) и др. А в библиотеке той семинарии, где я учился, такие книги выдавались свободно. Часто преподаватели рекомендовали их в качестве вспомогательной литературы для подготовки к сочинениям.
   В МДА существует так называемая аспирантура при Отделе внешних церковных связей, из которой студентов посылают учиться в папский восточный институт и в другие католические и протестантские учебные заведения. Возвращаясь оттуда, эти «богословы» занимают руководящие и иные значимые должности в духовных учебных заведениях, а впоследствии – и в епископате РПЦ. Яркий пример – епископ Иларион (Алфеев), разделяющий ересь Оригена о временности мучений грешников в загробном мире и успешно продвигающийся все выше по карьерной лестнице.
   Конечно, было бы крайностью повально обвинять всех студентов духовных академий и семинарий, а также их преподавателей в склонности к экуменизму и латинству. Есть в этой среде и верующие люди, которые в меру своих сил сопротивляются ересям. Среди них можно назвать иеромонаха Никанора (Лепешева) из Хабаровской Духовной семинарии. Однако, к сожалению, не они сейчас «задают тон» и «делают погоду» в духовных школах РПЦ, а такие крикуны, как протодьякон-баснослов Кураев, который разделяет ересь Феодора Мопсуетского, осужденную Шестым Вселенским Собором, а также протоиерей Владислав Цыпин, который с серьезным видом учит, что у еретиков есть благодать. Но кому мы должны больше верить? Цыпину, получающему за свое «богословие» зарплату, или святителю Василию Великому, черным по белому написавшему: «Ибо, хотя начало отступления произошло чрез раскол, но отступившие от Церкви уже не имели на себе благодати Святаго Духа» (Первое правило).
   Об атмосфере и общем настрое в духовных школах Патриарх Кирилл осведомлен прекрасно. Более того – он сам много лет усердно трудился над созданием именно такого духа. Знает он об этом, потому и призывает монахов учиться в семинариях, обвиняя их в мнимой необразованности. Но какой толк в образовании, если после такого обучения человек становится еретиком?

Иеродиакон Владимир (Морев)

   От редакции:
   Ситуация в семинарии, описанная о. Владимиром, напоминает ситуацию, сложившуюся в целом в РПЦ. В нашей Церкви есть и ревнители Православия, есть и филокатолики, есть и люди, которые просто не имеют мужества открыто противостать ереси.

По материалам информационного
православного вестника «Русь-фронт»

О целях богословского образования

Историческая справка

   В XIV–XVII веках Малая Русь сначала входила в состав Великого Княжества Литовского, а в 1569 году, после заключения Люблинской унии, она стала частью Польши.
   Литовские и польские великие князья и короли были католиками. Они, так или иначе, пытались обратить православных, которых всегда в Малороссии было более 85%, в латинскую ересь. Силовые методы применялись широко, но имели мало успеха: русские были отличными бойцами, и латиняне понимали, что насилие только укрепляет православных в вере. Тогда на помощь к папистам из Ватикана прибыли иезуиты.
   Основатель ордена иезуитов – католический «монах» Игнатий Лойола. А иезуитский девиз – «цель оправдывает средства». Главной же целью членов ордена было стремление подчинить весь мир своему идолу – папе римскому. Средства для достижения этой цели они использовали разные, в том числе не брезговали откровенно преступными: лжесвидетельствами, клеветой, убийствами.
   Огромное внимание иезуиты уделяли образованию, отлично усвоив извечную истину: что посеешь, то и пожнешь. Они открывали академии, коллегиумы, духовные школы, где под личиной наукообразности вливали латинский яд в души православных детей.
   Многие отдавали своих детей на обучение иезуитам в надежде, что те усвоят от них только науку, сохранив при этом Православную веру. Однако по окончании коллегиума такие дети нередко становились предателями Православия.
   Яркий пример – Иосафат Кунцевич, причисленный латинянами к лику католических лжесвятых. Родился он в России, был крещен в Православии, а поучившись у иезуитов, стал фанатичным латинянином-униатом, превзошедшим своими зверствами даже римских императоров – гонителей христиан.
   Другой серьезной угрозой для Православия была издательская деятельность иезуитов, печатавших различные еретические сочинения, в которых они «научно» доказывали главенство папы и утверждали иные свои богохульные догматы. Некоторые православные паны читали эти сочинения, заражались римским духом и отпадали от Матери-Церкви.
   Все эти моменты заставили православную иерархию, вельмож и братства благочестивых мирян организовать свои школы, основной задачей которых была подготовка православных апологетов (защитников веры) для борьбы с латинством и с набиравшим тогда силу протестантизмом. Обучение в этих школах носило ярко выраженный апологетический характер. Они и стали прообразом сегодняшних духовных семинарий и академий.
   Однако поражает, насколько сегодня изменились цели духовных школ, если они готовят уже не борцов с ересью, а наоборот – перековывают русских православных студентов в еретиков-экуменистов, а подчас и филокатоликов!

Николай Иванович Переверзев,
кандидат исторических наук