Электронный вариант газеты «Дух христианина»

По благословению владыки Ипполита (бывшего епископа Хустского и Виноградовского)
и епископа Анадырского и Чукотского Диомида

Взгляд на события/История/Рубрики
почта

 

 

Газета выходит два раза в месяц

 

Страница: 1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18
 
РУССКАЯ СЛОВЕСНОСТЬ

 

Когда нет в душе зла, тогда она безопасна и невредима

   Беседа с русским писателем Александром Трапезниковым

  
Александр Анатольевич, Вы вполне успешный современный писатель. На Вашем счету более 50-ти изданных книг. Расскажите, пожалуйста, в каких проектах по изданию книг в православных издательствах Вы участвовали и как автор, и как редактор-составитель?
 
 
А.А. Трапезников

    – Прежде всего хочу сказать, что понятие «успех» настолько относительное, а для любого творческого человека даже и вредное, что рассматривать его можно лишь с точки зрения каких-то духовных проявлений, да и то следует подыскать более подходящее слово, а лучше вообще исключить это понятие. Успешен ли простой человек, живущий по христианским заповедям, честный в своем служении Богу, но не достигший мирских высот? Думаю, он гораздо «успешнее» любого овеянного тщеславием покорителя жизни. Что касается светских книг, то ими ни в коем случае нельзя пренебрегать. Вся классическая русская литература (Гоголь, Достоевский, Лесков и т.д.) имеет глубокие православные корни, несет в себе величие и великолепие Слова Божиего. И нынче у нас много писателей, которые ни на йоту не отступают от христианских традиций, хотя считаются именно светскими поэтами и прозаиками: В. Крупин, В. Личутин, А. Сегень, В. Верстаков, Г. Иванов, А. Воронцов, Н. Переяслов, Н. Дорошенко и многие другие. А есть писатели-священнослужители – это совершенно особая категория художников слова, им, на мой взгляд, приходится гораздо труднее, чем нам, «светским» литераторам, – ведь приходится постоянно соизмерять написанное со своим саном. И, как ни крути, а создание романа или стихотворения всегда сопряжено с лукавой долей соблазна – желанием увидеть свою книгу в руках читателя, а свое имя – на обложке (ведь диавол прячется в типографской краске, как сказал один умный человек). Но что делать, если не можешь не писать? Не зарывать же свой талант в землю. Я низко склоняюсь перед таким писателем-проповедником как о. Дмитрий Дудко, которого мне довелось не только знать, но и окормляться духовно у него. Благодаря ему я глубже раскрыл православную тему в своем творчестве, исключил из нее все лишнее и вздорное. Как автор написал просветительскую книгу-пособие для юношества, для неофитов – «История Православия в России», заканчиваю другую – «Первосвятители». Был составителем и редактором серии книг «Русское Православие» в издательстве «Вече», где среди авторов можно увидеть и В. Крупина, и В. Артемова, В. Дементьева и священников отца Валерия Мешкова, отца Илью Шугаева, отца Сергия Разумцева и других. Серия эта предназначается для тех, кто еще на пути к храму. В ней рассказывается о русских святых, иконах, церквах и монастырях, об устройстве храма, службах, церковных праздниках, святых источниках – обо всем, что нужно знать человеку воцерковленному. К православной литературе (по заложенному в нем смыслу) я бы отнес без колебаний и свои романы «Царские врата» и «Область Таинственного» (последний, что любопытно, переводится в конфуцианском Китае).

    В настоящее время часто встречаются определения «православная литература» и «православный писатель». Порой случается, что под этой маркой предлагаются книги малохудожественные, откровенно графоманские, а то и просто сомнительные и вредоносные. Вы, как человек, связанный с издательской деятельностью, можете это как-то прокомментировать?
    – Отчасти я уже ответил на этот вопрос. Добавлю, что даже просто качественная художественная литература, восходящая к своим истокам-традициям, у издателей не в чести. Сейчас в моде ориентация на всякую гламурную мерзость. Это целенаправленная антикультурная политика, призванная оглупить читателя, вытравить из его души все чистое и светлое. Своеобразный вирус, запущенный к нам в 90-е годы прошлого века. Любопытно, что «писателей» стало намного больше, нынче любой бизнесмен пытается отметиться книгой, но общий качественный уровень литературы значительно снизился. Даже «Вече» выпускало мою «православную серию» с большим трудом. Их можно понять: с коммерческой точки зрения она дохода не принесла. Но есть ведь и иные, высшие задачи, задачи духовного плана.

   Вы работаете в самых разных жанрах, и кому-то, вероятно, это может показаться странным, хотя лично я уверена, что суть зависит не от формы, а от содержания и от того, как писатель оценивает себя в творчестве и на какой нравственной платформе стоит. Давно замечено, что ответственность писателя состоит в том, «как наше слово отзовется», и за это придется отвечать перед Господом. Я не ошибаюсь?
    – Нет, так оно и есть, ведь и вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог (Ин. 1, 1). Что же касается моей разножанровой работы, то так мне интереснее, не хочу зацикливаться на чем-то одном. Читателя надо увлечь, ему не должно быть скучно. А наполнить форму содержанием, идеями – это уже творческий метод, с которым каждый писатель справляется по-своему. Я пишу рассказы, повести, романы, публицистические статьи, но остаюсь верен одному – величию русского Духа, Православию.

    На прошедших совсем недавно Рождественских образовательных чтениях Вы на секции «Целомудрие в литературе» выступили с небольшим, но очень интересным докладом: «Православие для писателя – тема или состояние души?» Поднятые Вами вопросы, безусловно требуют более детального и глубокого разговора, чем на секции. Не могли бы Вы сегодня, хотя бы тезисно повторить основные положения Вашего доклада, а что-то, может быть, дополнить и уточнить?
    – Там я приводил много цитат из Тютчева, Достоевского, Леонтьева, Ковалевского, но весь смысл их сводится к тому, что Православие – неотъемлемая и незаменимая часть души русского человека, народа в целом. Без православного вероисповедания мы ничто. И для современного писателя оно является (должно быть) состоянием души, а не очередной темой. Тут, в частности, и ответ на Ваши предыдущие вопросы. Я бы хотел предоставить Вам текст моего выступления, где все сказано очень подробно. Дополню лишь, что в этом заключается и вся моя жизненная позиция. И я рад, что у нас состоялась столь откровенная беседа.
    Помощи Вам Божией и творческих успехов.

Беседовала Анна Козырева


 

Православие для писателя – тема или состояние души?

Выступление А. Трапезникова в рамках «Рождественских чтений» на секции «Целомудрие в литературе». 31 января 2008 г., Союз писателей России

    Вчера был день памяти преподобного Антония Великого. Готовясь к сегодняшнему выступлению, я прочитал его мудрые слова о духовной жизни, которые можно отнести к любому христианину, будь он хоть писатель, хоть пахарь на земле нашей. Это и есть то, что можно назвать «состоянием души». Вот эта фраза: «Человек, благочестиво живущий, не допускает злу войти в душу. А когда нет в душе зла, тогда она безопасна и невредима. Над такими людьми уже ни злобный демон, ни случайности не имеют власти. Бог избавляет их от зол, и живут они невредимо хранимы, как богоподобные. Похвалит ли кто его, он не примет всерьез похвалы, обезславит ли кто его, он <…> не возмутится против обидчика. Благодать Духа Божия преимущественно дается тем, которые от всего сердца вступают в подвиг и с самого начала определяют себе стоять и ни в чем не уступать врагу. Впрочем, Святой Дух, призвавший их, сначала все делает для них легким, чтобы поощрить и утешить вступающих в подвиг покаяния, а потом показывает им всю трудность добродетельного пути. Помогая им во всем, Он учит их, как нести труды покаяния, и полагает им пределы и образ как в отношении к телу, так и в отношении к душе, пока не приведет их к совершенному обращению к Богу».
    Вот почему Православие – это ни что иное, как подвиг в стоянии за веру Христову, и православный человек, прощающий врагов своих, никогда не должен отступать перед натиском сатанинских сил, которых чем дальше, тем и больше. Таковой я вижу и роль православного писателя, его место в этом строю. И практически вся подлинная русская литература – по своей сути и содержанию именно православная. Пушкин, Гоголь, Достоевский, Лесков, Тютчев… Известны слова Достоевского о том, что русский человек не может не быть православным, а если он не православный, то просто дрянь человек. Я приведу еще слова русского национального мыслителя, кстати, малоросса по происхождению, Павла Ивановича Ковалевского, профессора, автора многих научных трудов в области психопатологии и психиатрии, ныне незаслуженно забытого и мало упоминаемого. А он явил пример истинного высокого великодержавного чувства российского православного человека и гражданина. Цитирую: «Православие есть та нравственная формула, в которой душа русского находит себе удовлетворение, – и само уже Православие в дальнейшем утверждает и укрепляет прирожденные, присущие нации черты… Православию и русской нации свойственны мягкость, доброта, сочувствие, сострадание, любовь, милосердие, самопожертвование и всепрощение».
    Но эти же черты вызывают у наших недругов лютую злобу и насмешки. Не стали исключением и наши «Рождественские чтения». Вот что я прочитал о них в Интернете, в этой действительно всемирной помойке. Некто пишет: «Как, вход свободный? И даже не будут проверять наличие целомудрия? Нет, не пойду». Это ерничество всяких Петросянов и подделывающихся под русских Задорновых. Они и слово Бог пишут с пропуском буквы «о», заменяя ее черточкой. Талмудистская традиция. И это – именно та война, которая испокон веков идет во всем мире, а нынче она приобрела глобальные черты, где Православие – последний бастион на пути воцарения антихриста. Подлинной религией на западе стали «канонизированные» «права человека», которые, по сути, представляют собой конец истории, предложенный американским философом Френсисом Фукуямой, цивилизационный тупик. Да и сами «права человека» – всего лишь замаскированный синоним Холокоста, некий новый алтарь мировой религии.
    Русские мыслители и писатели говорили об этом еще в XIX – начале XX века. Например, Ф. Тютчев. Известно, что он был человеком с твердыми православными убеждениями, хотя был рожден и воспитан в семье, где почти не слышно было русской речи, провел за границей 22 года и возвратился на родину, когда ему шел уже пятый десяток. И вот этот почти чистокровный европеец выработал образ мыслей, позволивший ему сказать, что «русский народ – христианин не только в силу православия своих верований, но и потому, что эти верования его гораздо задушевнее. Он христианин по той способности к самоотречению и самопожертвованию, которая составляет как бы основу его нравственной природы».
И еще из его гениального наследия: «Человеческое Я, хотящее зависеть только от самого себя, не признающее, не принимающее никакого иного закона, кроме собственного изволения, – человеческое Я, одним словом, поставляющее себя вместо Бога, – явление, конечно, не новое меж людьми, но что было ново – это самовластие человеческого Я, возведенное на степень политического и социального права, и его притязание, в силу такого права, овладеть человеческим обществом». Поразительно современные слова, как и провидческие его статьи «Россия и Германия», «Россия и революция». Это «Человеческое Я», о котором он говорил, сегодня главный идол общества потребления «по-бушевски».
    Но сохранится ли Православие под таким жесточайшим натиском? Вспомним оптинского старца иеромонаха Нектария, ходившего в одном башмаке; когда его спрашивали в годину большевистских бедствий: «А сохранится ли Православие?», – он отвечал: «Как колечко». Не как обширный круг во весь горизонт, а именно как малое колечко, где будет лишь один православный епископ, один православный иерей и один православный мирянин. Но и этого достаточно, поскольку Церковь истинная, духовная – везде. О том же говорил и Константин Леонтьев, утверждая, что не сила России нужна Православию, а наоборот, сила Православия – России.
    Может показаться, что ухожу от заданной темы, но это не так. Приводя высказывания наших философов и писателей, я хотел лишь подчеркнуть, что для всех них Православие и было тем состоянием души, смыслом жизни, которое двигало их творческую мысль, оказывалось стержнем духовного развития. Без него они могли стать в лучшем случае лишь арцыбашевыми и леонидами андреевыми. Вообще тема для писателя – понятие слишком узкое, оно чересчур формально, а зачастую и попросту конъюнктурно. Таких литераторов и сейчас много, их было много всегда, готовых подать на стол все, что закажут.
    Православие может быть темой лишь в специальной, просветительской литературе. Выставлять грубо и напоказ свою «православность», на мой взгляд, ни в коем случае нельзя. Есть иные, более тонкие художественные приемы, чтобы донести до читателя душевную красоту и силу спасительных православных истин. Но это уже зависит от степени таланта самого писателя. Если он, разумеется, православен в своей душе. А о других-то и говорить здесь не хочется. У них хватает иных «площадок» – практически все СМИ. Вот только век их короток – до рассвета.

 

Страница: 1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18

Взгляд на события/История/Рубрики
почта

© 2005 "Дух христианина"

Сайт создан: 1 апреля 2005 г.